… Желание странствовать не профессия, а склонность души. Она или есть, или ее нет.
У кого есть, тот уж изменить не может. У кого нет, тому незачем.
Олег Куваев. Дом для бродяг

понедельник, 1 ноября 2010 г.

КА-ХЕМ - 1988. часть 2 /дневник/



ВАЛЕРИЙ КУЩЕНКО

КА-ХЕМ - 1988
Дневник водного похода по рекам Западного Саяна
(Тувинская АССР)

(подготовка к публикации - Смолянинов Анатолий)


автор














Участники:

Экипаж плота:
Левитский Виктор, руководитель
Кущенко Валерий
Барсук Леонид
Швецова Елена
Устименко Людмила
Юнак Сергей

Экипаж катамарана:
Смолянинов Анатолий
Вшевцов Леонид
Медяник Лидия
Горбач Юрий

Экипаж байдарки:
Швецов Дмитрий
Дворникова Александра


29 -30 июля

Года 1988, июля 29 дня, стольный город Сумы.

Согласно планам 12 пятилетки, мы числом дюжина народу, то бишь туристов, собрались на станции Сумы, где в 19-10 обязаны были отправиться в «дорогу дальнюю». Ну, как известно: «Планы партии – планы народа». И преисполненные чувства долга ринулись исполнять их.

Погрузились благополучно, плечи с непривычки под тяжестью груза робко роптали. Освоились быстро, машинист – тоже. Переспав, кто на чем, я лично на плацкарте, мы в 10-30 десантировались в столице нашей Родины – Москве. После короткого совещания, зафрахтовали за два червонца такси типа ГАЗ-52 с брезентовым тентом и, не мешкая, передислоцировались на Павелецкий вокзал.

Разобравшись, что почем, сдали вещи в камеру хранения и отправились кто куда, но каждый с определенной целью. Большинство, воспользовались случаем, и отправилось на выставку работ художника в опале Ильи Сергеевича Глазунова, которая разместилась в здании Дома Молодежи на какой-то улице (их, кстати, в Москве несколько). Какое впечатление? Ну какое может быть впечатление у профана от искусства: понравилась как художественная сторона, так и смысловая. (примечание: Выставка опального в застойные времена художника Ильи Глазунова была приурочена 1000-летию Крещения Руси. На ней было впервые было показано грандиозное полотно «Русь тысячелетняя» и ряд других, национально ориентированных картин художника).

Билеты на выставку - 2руб; в очереди минут 60 и в зале несколько больше. Обменявшись впечатлениями, и убедившись, что на обратный путь нам никто билетов не припас, мы разбрелись по городу выполнять распоряжение начпрода, т.е. завхоза Барсука Леонида Павловича – первого человека по своему положению в экспедиции. Долгих лет жизни Вам, дорогой Вы наш. Решив колбасную проблему и столкнувшись со всеми остальными, мы убедились – в этом муравейнике дефицит создается буквально на голом месте.

Собравшись после 21-00 на Павелецком вокзале, мы бегом (если это можно назвать так, имея за плечами рюкзак весом до 50кг) погрузились в электричку и благополучно прибыли в Домодедово. Здесь нас явно не ждали, потому, что, пытаясь оформить багаж, мы столкнулись с трудностями застойного периода, то есть нежеланием отдельных чинов из администрации Аэрофлота выполнять свои служебные и чисто человеческие обязанности.

После довольно таки длительной беготни багаж был собственными силами погружен в транспортное средство, которое именуется ТУ-154А. И в районе часа ночи оно, взлетев, взяло курс на Абакан, правда, с промежуточной остановкой в Куйбышеве.




31 июля

В Абакане приземлились на рассвете по Москве, и около полудня по местному времени (разница – 4 часа). Левитский с Дворниковой взяли обратные билеты на Москву из Красноярска на 23августа. Это неплохо, так как возможно увидим и Красноярск.

Я, Барсук, Швецовы и Устименко осмотрели местный рынок со всех сторон, ознакомились с Абаканскими тарифами. Ну нас уже ничем не удивить, хотя и м-м-да… Лук - 2руб; виноград - 8 руб; картошка старая – 40 коп., и т.д. В кооптоорге можно взять тушенку даже в жестяной банке; колбаса вареная, шпик – 4 руб. И мясо есть. А в простых продмагах – пусто. (примечание: описываются времена тотального дефицита «перестроечного» периода).

Съездил к родственникам в Минусинск, попал на день рождения. Приняли хорошо. Там и заночевал. Утром на «Москвиче» забросили обратно в аэропорт. От Минусинска до Абакана – 25км.

1 августа

В 11-30 еле погрузились в Л-410 (наподобие ГАЗ-24, только ходит по воздуху) и через час приземлились в Кызыле, столице Тувинской АССР. В город пошли Левитский и Дворникова, а мы остались на посадочной площадке и куковали часов до 18-00 местного времени.

Смогли договориться и взять билеты для дальнейшей заброски только на четверых и весь груз (490кг). Нам любезно был предоставлен самолет АН-2 сельскохозяйственной авиации, резко отдававший кудесницей химией. Погрузившись в него, терпеливо дождались ремонта и экипажа, который отметил неправильную загрузку. Пришлось перегружаться заново.

Поднялись в воздух благополучно, хотя при разбеге изрядно потрясло, и взяли куда-то курс. Наверное, на Кунгуртуг. Самолет шел на небольшой высоте и из окна просматривался непривычный для европейской части страны ландшафт. В свое время, рассматривая картины Рериха, меня удивлял неестественно резкий контраст теней на склонах гор. Так вот и здесь, глядя из окна, при ярком солнце наблюдалась такая же неестественная на первый взгляд картина.

Шум двигателя довольно сильно отдается в ушах, и отдельных членов команды это стало убаюкивать. Склонившись на вещи, задремал Леша Вшевцов; уставившись в проем иллюминатора, с закрытыми глазами сидел Левитский; свернувшись калачиком у входа в пилотскую кабину, закимарил Юра Горбач. Ну, оно и понятно: все это он может наблюдать и у себя в родной Шостке. Медленно проплывали равнины и горные отроги, и вдруг я ощутил какое-то движение в пилотской кабине. Подняв туда свой взор, с испугом отметил, что у второго пилота «квадратные» глаза, устремленные чуть в сторону. Перехватив его взгляд, я пришел в восторг. Юра из состояния дремоты перешел в глубокий сон, а лежать калачиком конечно не сильно удобно. Ну, он и вытянул свои не совсем стандартные ножки, которые уперлись прямо в приборный щиток. Пришлось прервать его не совсем этическое состояние.

Придя в себя, пилот пошел на снижение и вскоре самолет задребезжал на посадочной полосе. Нас никто не встречал: Левитский как всегда забыл дать телеграмму. По-моему он просто экономит деньги. Быстро разгрузившись, мы разлеглись на летном поле. Наш кайф нарушил шум двигателя автомобиля. Это то, чего нам сейчас и не хватало.

Начались переговоры с симпатичным водителем (его зовут Федор). В качестве платы за проезд он потребовал «дефицит», а поскольку у нас все уже перешло в разряд дефицита, то мы стали выяснять, смутно догадываясь, о чем идет речь. И тогда Левитский заявил, между прочим, что спирта у нас нет. А я что-то сказал о вреде алкоголя. Короче сошлись на червонце, он у них называется 10 рублей. Быстро погрузились и были доставлены на берег речушки, где уже стояла группа из Москвы. Поставив палатки, сообразили перекусить, посидели у костра, и посочувствовав оставшимся в Кызыле, завалились спать.


2 августа

Наша палатка отстояла от соседней метров на 15. Поэтому не удивительно, что храп, раздававшийся из нее, поднял меня на ноги раньше обычного. Было 6-00 утра, или 2-00 по Москве.

Восстановил костер, который тоже «задремал», и начал заниматься своими делами. Переделал все, и стало грустно, а храп все раздается. Пришлось пошуметь, что и дало свои положительные результаты: все встают без аплодисментов.

После завтрака мне посоветовали заняться записями, а сами рванули в населенку: продукты, телеграммы и встреча отставших товарищей. Я же успел переделать все дела, и даже постираться и снова испачкаться. Где-то около полудня явились все, кроме нашей кухни, которая продолжает где-то путешествовать.

Итак, 2 августа мы все собрались на берегу Балыктыг-хема, который является притоком Ка-хема. Во второй половине дня занимались устройством лагеря, постройкой катамарана и заготовкой леса на плот. Дима прогулялся вдоль реки и принес одного ленка, граммов на 200. Испытали новую коптильню. Эффект нормальный: закоптили колбасу и ленка. Нужно подобрать породу древесины дл копчения, чтобы не было горечи на поверхности продукта. После ужина в основном быстренько разошлись по палаткам. Устали.






3 августа

Утро нового дня началось в 6-00. Встал я, потом подошел Юра. Чудесный восход не предвещал хорошего дня: нежно розовое солнце, не успев взойти, спряталось за тучу. Прогулялся вдоль реки со снастями. Как я вчера здесь ходил по камням босяком, если даже в кедах подошва продавливается и нужно ходить только в ботинках. Результат прогулки – оборванная снасть. Нет, это не рыбалка.

Вернулся часов в 9-00, к завтраку. В основном встали все, а потом и дежурные. Принялись собирать каркас плота. На самом интересном месте прозвучал до боли знакомый сигнал, призывающий к столу.

Да, завхоз Барсук очевидно решил привезти продукты домой. Остановлюсь на Барсуке. Весь световой день 2 и 3 числа он посвятил святому святых в походе – продуктам. Крупу пересчитал, банки перевесил, выяснил, где чей сахар, и определил количество примесей в каждом продукте. Тем, у кого она была, по его мнению, выше нормы, Барсук пригрозил ОБХСС. Я просто диву давался, как старший советский инженер может сочетать в себе все достижения компьютерной техники. Да японцам еще ох как далеко до нас. Не дай бог им дожиться до такого – вымрут, или на худой конец перекочуют в пещеры.

Но ближе к делу. После скудного завтрака, каждая крошка которого под пристальным взглядом завхоза застревала в горле, мы продолжили свои занятия по судостроению. А женщины, собрав все наличные торбы и скоренько сшив новые, двинулись в населенку.

Весело звучали топоры, мерно работали пилы. Монотонность работы изредка нарушал Швецов. Звуки, издававшиеся его носоглоткой, трудно воспроизвести на бумаге, а магнитной ленты, к сожалению, Юрик, работающий на «СВЕМЕ», не захватил. Я лично считал до этого времени, что так может кашлять только загнанная лошадь, перед тем, как откинуть копыта. Но теперь признаю свое заблуждение и отказываюсь от своих взглядов. Взгляды мои: что с ними хочу, то и делаю.

Внезапно на стройплощадку, куда вход посторонним был командиром воспрещен, выметнулась группа наездников на взмыленных лошадях монгольской породы. Видимо в свое время Чингиз-Хан забыл их здесь, и теперь лошадок эксплуатирует местное население.

Остановившись как вкопанные, всадники стали созерцать на все, что было разбросано в радиусе 100метров по лагерю. Возможно, они получили задание похитить чертежи плота, которые хитрый командир, нарисовав, держал в голове, а чтобы запутать всех окончательно даже заставил трижды переделывать уже почти готовую конструкцию.

Но я опять отвлекся от повествования. Так вот, чтобы отвлечь внимание разведчиков Леня Вшевцов решил вступить с ними в контакт. Подняв вверх правую руку с раскрытой ладонью, что на языке всех народов означает: «Я вас приветствую, я не вооружен!» он для завязывания разговора попросил у них проехаться на их «аппарате», чем совершил грубейшую ошибку. Освободившийся из седла водитель тут же пошел по лагерю, все ощупывая, нюхая, пробуя на зуб, и незаметно щелкая «фотоаппаратом» все интересующие его предметы.

Поболтавшись в седле, Вшевцов уступил место Смолянинову, а тот уступил место Барсуку, который продемонстрировал европейскую школу езды. Необходимо отметить, что лошади по своему происхождению знали русский язык еще хуже своих хозяев, поэтому никакие «Но-о» или «Тп-р-ру» на них не действовали. Щелкали фотоаппараты, стрекотала кинокамера. Подошли наши женщины, и им тоже захотелось посидеть на чужом горбу, чем они непременно и воспользовались. Личико Леночки светилось от восторга, а Люда была сосредоточенно серьезна. Поддавшись всеобщему настроению, и я взгромоздился в седло. После легких девочек лошадь, почувствовав мои 80кг, грустно посмотрела на меня и тяжело вздохнула.

Один из всадников, очевидно, решил, что я жажду промчаться с ветерком, что-то сказал моей лошади и, поскакав, пригласил следовать его примеру, чем она и воспользовалась. Я, не успев выскочить из седла, стал искать поводья, стремена и лихорадочно вспоминать, как останавливали лошадь на полном скаку мои предки, и что сказано по этому поводу в литературе. На мое робкое «Тп-р-ру-у!» она и ухом не повела. Мое живое воображение пронзила мысль, что я сейчас расшибусь об первую попавшуюся лиственницу, и я стал принимать более решительные меры. Найдя все-таки поводья, и сильно сдавив лошадь, которая оказалась конем, в районе паха, я, представив себе, что чувствует конь, приободрился. Но в это время впереди ехавшему впереди всаднику надоело скакать, или он увидел решительность на моем бледном лице и, развернувшись, он поскакал обратно. Пока я придумал, за что дергать, чтобы лихо развернуться, конь сделал это сам. Я четко выпрыгнул из седла и на заметно дрожащих ногах отошел в сторонку.

Покончив с катанием, был дружеский обед, после чего мы распрощались.

В голову большинства вошла идея бани. После москвичей осталась на берегу сложенная каменка, но ни инструкций, ни методики как ее топить они не оставили. Из нас же кто-то где-то что-то слышал, но не более. И все же мы начали топить, благо дров вокруг много. Два раза кладка рушилась и по мере возможности восстанавливалась. Но огонь горит, камни греются, хотя и довольно медленно. Стали городит каркас вместе со Смоляниновым. Когда проект был готов, и мы приступили к его реализации, подошел Левитский. Забраковав наше творение и пообещав «золотые горы» он удалился, чтобы тут же забыть об обещанном.

Начали городить каркас снова, исходя из рекомендаций Левитского – ни черта не получается. Подошел Горбач и стал давать свои рекомендации. Послали его подальше, и он перебрался к топке, где стал осуществлять насосом-«жабкой» искусственный поддув. Дело пошло веселее. Каркас разломали опять и, не слушая никого, поставили снова по своему разумению. На обшивку ушли все навесы, имеющиеся у нас в наличности. Забравшись во внутрь тут же почувствовали благодатность тепла, так как на улице уже посвежело.

Дело подошло к ужину. Наслаждаясь теплом, мы не заметили, как подошли женщины и вытурили нас на улицу. Они жаждали быт первыми, они спешили…

А мы пошли к костру, обсуждая сложившуюся ситуацию. Но роптать не приходится: закон тайги, - побеждает сильнейший. Время текло мучительно долго и, наконец, нам разрешили воспользоваться плодами нашего труда. Сооружение получилось довольно вместительным, и все восемь мужиков вошли в него, почти не пригибаясь. И тут началось! Передать кайф не возможно, эмоции очень сложно описать, поэтому констатирую факты. Пар хороший доходил до пояса, начиная с головы. Запахи лечебных трав ласкают обоняние, пар перебивает дыхание. Разогревшись, все окунулись в реку. Так продолжалось до бесконечности долго. Мне после третьего заплыва надоело, и я стал одеваться, а остальные еще раза три повторили полюбившуюся процедуру. Такова русская натура: дорвавшись до чего-нибудь, она не знает меры. Отсюда и борьба с алкоголизмом.

После ужина все пошли спать. Была полночь.






4 августа

Меня разбудил Дима в 4-25. Его палатка, прикрывавшая подходы к лагерю со стороны тайги, подверглась нападению, но чуткий сон или молодецкая бессонница, а может быть бдительность за судьбы всех, помогла преждевременно обнаружить нападавших и грозным окриком повергнуть их вспять. Дима посчитал своим долгом доложить об этом командиру. Барсук и Левитский выскочили на помощь, бросив меня одного на всю палатку. Вот тут я уж и поспал.

А ребята так и не пришли досматривать сны. Оказалось, что двое представителей местной цивилизации попытались еще раз вступить с нами в контакт. Выскочив из зарослей на лошадях и держась на почтительном расстоянии от костра, они пытались убедит нас, что: «Я русская!», то есть, очевидно, хотели сказать, что аборигены на воровство не способны. Для верности вставили давно заезженный мат и умчались. Мы им поверили. Остается только предполагать – были ли это те, которые разделили с нами трапезу. Если да – то это подлость, которая не делает чести ни одной нации.

Всю эту информацию мы получили, выйдя к костру в 8-00. После завтрака лагерь зажужжал как улей. Началась подготовка к отплытию, назначенному на 12-00. Так оно и получилось ровно в указанное время, т.е. в 13-30. Флотилия в составе «Тайменя», катамарана и тяжелой посудины, получившей название «квинтамаран» покинула этот не совсем гостеприимный, как оказалось, берег. Река в этих местах особой сложности не представляет, поэтому мы двигались несколько быстрее течения, слегка лавируя между отмелями и корягами, в изобилии разбросанными по всему руслу.

В 15-00 устроили перекус. Швецов предпочел еде рыбалку, за что и был вознагражден: пришел на стоянку, неся в руках отменного «минька» (породу еще предстоит выяснить). Это подарок имениннику Лене Вшевцову, которому сегодня исполнилось 30 лет. Прекрасный возраст, самая пора свершений.

После отплытия двигались еще около 2,5 часов и стали на стоянку. Вечером был торжественный ужин с жареной рыбой. При отходе ко сну, я с ужасом отметил пропажу своих документов, то есть кошелька с «ксивой» и «башлями». Отчаянию моему не было предела. Долго не мог уснуть.






5 августа

Утром подняли в 7-30, сам не проснулся. Очевидно, повлиял нервный стресс. Еще раз лихорадочно перетряс все свои вещи, стал вспоминать – все выпало из памяти. Еще бы паспорт, билеты на сумму около 100рублей и до 200 рублей денег канули в неизвестность. Перед глазами всплыл момент, когда при подготовке бани я что-то вешал на пенек, торчащий у берега, и это что-то не смогло зафиксироваться в верхней точке. Ничего умнее в голову не приходило. Деньги, билеты – черт с ними, но утерянный паспорт с учетом того, что обратный путь тоже самолетом и при каждой посадке его потребуют, - это просто катастрофа. А возможная волокита при его обновлении просто выбила из колеи.

Все посвященные проявили понимание, и принято было решение топать на место предыдущей стоянки. Получили сухой паек и втроем: я, Барсук и Дима двинулись в путь. Быстрой, уверенной таежной походкой мы отошли от лагеря и врезались в непролазные дебри. Сначала лидировал Леня, но потом он потерял след. Барсука сменил Швецов, верхнее чутье которого выше всяких похвал. Как молодой лось он таранил непролазные дебри, а я как побитая собака плелся сзади. Мы легко перепрыгивали поваленные деревья, шли звериными тропами, успевая озираться на окружающую природу. Реку и ручейки сходу перешли вброд, и через два часа достигли нашей бывшей стоянки. При этом, чем быстрее шли мои товарищи, тем больше я замедлял ход, боялся разочарования.

Так оно и случилось. Мои надежды, убывающие с каждым шагом, приближавшим нас к конечной цели, рухнули как трухлявое дерево. На злополучном пеньке весело поблескивал новенький гвоздь – больше ничего.

Обшарив всевозможные, а потом и невозможные места я убедился, что поход наш был напрасным. Ребята сочувственно молчали. Переведя дух, они согласились на мою последнюю просьбу, - сообщить в Кунгуртуг о случившемся. Сил еще было достаточно, и, оставив часть вещей Диме, мы с Леней рванули в населенный пункт. Это еще около 7км. Шли по дороге с минимумом растительности и солнце, нещадно палившее в этот день, делало свое дело. Весь отрезок прошли, обменявшись только парой фраз.

В поселке быстро нашли председателя поссовета и сообщили ему о случившемся, на что он только покачал головой. Оставив ему свои координаты, мы двинули в обратном направлении. Давала знать усталость, в горле пересохло и страшно хотелось пить. Но попили воды, только выйдя к реке, где нас дожидался Дима. В отличие от нас он провел время более плодотворно. На кукане у него плескались две хорошие рыбины.

Перекусив, искупавшись и немного придя в себя, мы двинули в обратный путь. Хотя слово «путь» будет не совсем точно определять обратную нашу дорогу. Это, скорее всего «этап» по которому, каторжан гоняли. Тон в движении по-прежнему задавал Дмитрий, за ним следовал Леня, а я как всегда сзади. Сил не было совсем, перепрыгивать через препятствия уже не мог, пот застилал глаза, и если бы не мысль, что товарищам тоже не мед и что они находятся в таком же состоянии, упал бы, наверное, в тень и никакая сила не смогла бы меня поднять. В начале закололо сердце, потом закололо в боку, потом все это прошло. Я шел, тупо глядя себе под ноги и редко ловя взглядом мелькавшие впереди головы. Ноги заплетались, и переставлял я их автоматически. Так в основном и доплелся к месту нашей стоянки, проклиная тот миг, когда решился на этот переход.

В лагере нас ждали с нетерпением. Да и не мудрено, ведь прошло уже более 7 часом. Есть не хотелось.

Объявили погрузку для отплытия. Стал вяло собирать вещи и, укладывая рюкзак, я обратил внимание на спинной клапан, тщательно залепленный «липучкой». Открыл его и обнаружил там ТО, из-за чего мы совершили этот бессмысленный поход.

Сколько раз собирался сделать опись карманов, клапанов и пистонов – не сделал, и вот незнание особенностей своих личных вещей, плюс паника привели к таким трагическим последствиям…

И, тем не менее, на воду мы вышли около 18-00 - настоял адмирал. Прошли где-то около часа и стали на ночевку. От графика уже отстаем. Шли все тем же «честером», сидя по краям плота лицом друг к другу. Во время сплава повстречали группу красноярцев, которые резали барана на шашлык, и вроде бы не спешили.






6 августа

Немного об окружающей природе.

Старт группа сделала из Терехольской котловины, окруженной со всех сторон горами. По самой долине растительность скудная. Только вдоль берега заросли лиственницы 150-200метров шириной. Вода в реке Балыктыг-хем (Рыбная река) очень чистая и холодная. Дно покрыто галькой крупных размеров. По мере продвижения появляется все больше песчаных перекатов, глубины возрастают, вода становится мутнее. Пересекая долину, река делает бесчисленное количество поворотов и создается впечатление, что стоишь на одном месте. По берегам много следов косули и оленя. В реке водится рыба таймень (не крупный), ленок до 2кг. Рыба ловится на искусственную приманку, не пуглива, но необходимо мастерство при изготовлении насадок.

Постепенно река, делая свои изгибы, приближается к горам и, прорезая их Балыктыг-хем сливается с рекой Сарыг-Эр, образуя Ка-хем, где и была сделана следующая остановка в субботу 6 августа.

7 августа

На утро приступили к переоборудованию квинтамарана в полноценный плот. Искали лес на греби, устраивали для них крепления. Провозились часов до пяти вечера и, тем не менее, в 18-00 вышли при сгущающихся тучах. Прошли два часа и при накрапывающем дожде стали на стоянку. Было наше с Леней В. дежурство. Дождь усиливался, поужинали под навесом и улеглись спать, Кончилось воскресенье 7 августа.




8 августа

Встали в 7-00. приготовили завтрак и перекус. Настойчиво никого не будили, поэтому завтрак (остывший) ели около 9-00. Потом были долгие сборы, и удалось выйти на воду только в 11-30.

Река все больше становится на то, что нам нужно. Течение убыстряется, со всех сторон ее сжимают горы, местами отвесные скалы. Местами в прибрежной растительности появляется кедр, но очень мало. Говорят, что ниже по течению он будет сплошной.

Сходу, без разведки, окончили прохождение «Лестницы», начатой вчера уже почти в сумерках. Дальше по руслу встречаются отдельные камни, не представляющие сложности для прохождения. На гребях осталось по одному человеку (часто становились девочки), а остальные принялись удить рыбу - хариуса. Хариус идет небольшой, от 200 до 600 граммом. Крупный - встречается реже, и в основном у Димы. Запаслись и на уху, и на жарку, и в соль, - всего около 10кг.

Стали на ночевку у входа в «Мельзейский» каскад порогов где-то в 19-30.

Вечер закончился великолепным ужином и начавшимся дождем, который и разогнал всех спать. Хочу отметить еще один момент. Если в верховьях надоедали комары, то на предыдущей стоянке мы познакомились с гнусом, а сегодня он был с нами на «ты», тучей висел над головами и пытался залезть во все открытые отверстия.












9 августа

Общий подъем состоялся в 8-00. Позавтракали. Сейчас 9-00. Собираемся в путь. Благополучно отчалили и вплотную подошли к каскаду, который насчитывает более 20 порогов, и тянется, в отличие от 3-километровой «Лестницы», на 16км. Между порогами имеются паузы от 100 до 300метров, где можно перевести дух.

Камни разбросаны по всему руслу реки, поэтому о какой-то прямой, которая, как известно кратчайшая, не может быть и речи. Приходится постоянно лавировать. Где-то на 12 пороге плот наскочил на камень (не смогли увернуться), быстро перестроились корма-нос и вошли в короткий участок относительно спокойной воды, чтобы осмотреться. Носовой баллон «разделся», оболочка разошлась по шву. Поэтому решили сплавиться до первого подходящего места и стать на ремонт. Было это в 15-30.

Перед этим на 3-м пороге кильнулась байдарка Швецов–Дворникова (накрыло волной). Все обошлось благополучно. Вообще местами навал такой, что два мужика с трудом удерживают гребь. Буквально валит с ног.

Осмотрев поломку и учитывая, что для ее устранения нужно время, решили, что придется здесь устроить полудневку. Было это где-то на 16 пороге Мельзейского каскада.

Разгрузились. Разведка пошла ниже, чтобы определиться что там за водная обстановка. Рыбак ушел на рыбалку. Левитский, Барсук и Юнак занялись ремонтом, а мы с Леней Вшевцовым принялись по приказанию адмирала мастерить баню. Рыбак поймал 5 хариусов и одного ленка, разведка доложила, что внизу что-то «страшне», а баня получилась изумительная. Попарились в три ходки: сначала мужики, потом – женщины. Ужин окончили в полной темноте в 23-30. У костра посидеть не получилось. Только принял «горизонталь» - моментально отключился.














10 августа

Дежурные сдурели: начали будить. Часы показывают 7-00. Проволынили минут 30, но вставать надо. Позавтракали с жареной рыбой. Сейчас 8-30. Готовимся к отплытию. Есть немного времени, поэтому опишу, что такое туристская баня. Из валунов, подобранных соответствующим образом, складывается топка – груда камней с полостью внутри. Вокруг топки ставится каркас. В полости раскладывается кострище и поддерживается до тех пор, пока камни не накалятся, желательно докрасна. Парная обтягивается пленкой (которая в этот раз от горячего воздуха прогорела), пол выстирается ветками березы или лиственницы. Над топкой на каркас укладывается лапник сосны или ели. Топка гасится песком, вычищается, и баня готова к использованию. После распаривания идет омовение в реке. Короче, после трехкратного повторения этой процедуры тебя уже начинает пошатывать, расслабляются все мышцы, и чувствуется удивительная легкость во всем теле. В горле долго стоит привкус березы. Удовольствие неописуемое.

Днем «добивали» Мельзейский каскад, то есть тот, посреди которого позавчера заночевали. Запомнились очень смутно два порога. Главным образом потому, что угрохали уйму времени на их осмотр. Например, порог Чибисова рассматривали около 2 часов. Вкратце, что это такое. Река шириной около 40м, текущая со скоростью 5-6км, зажимается камнями до ширины 7-8м. Плюс к этому с дороги почему-то забыли убрать камни. Вот и нужно плотом попасть в это отверстие, и отвернуть вовремя в сторону, дабы все было благополучно.

Если в первом пороге кроме одного «зуба» и двух «бочек» с горой пены на выходе ничего сложного, то порог Чибисова несколько протяженнее, где-то метров 300 и заканчивается по прямой «быком», по соседству – «зуб», а перед ними вспененная «бочка».

Короче это сейчас можно спокойно рассуждать, а, там заходя на плот для прохождения – ноги немеют, пульс учащается, все опускается, и так продолжается до самого входа в порог. Потом это все куда-то исчезает, и остается только сосредоточенность. Вспомнить после прохождения мелочи невозможно, только отдельные эпизоды, а то все как в тумане. И уже на спокойной воде приходит некоторое удовлетворение.

Вообще-то плот – конструкция надежная, собран, спасибо адмиралу, на совесть, хотя и без чертежей. Далее шли до 21-00 по спокойной воде. Видели цаплю, пару уток, медведицу с медвежонком, который отреагировал только на возглас: «Медведь!», много бурундуков. Вся живность еще не запугана человеком, поэтому подпускает очень близко. Утка подпустила на 20м, а бурундучек сам подошел метра на 2 к палаткам, и только попытка поймать его испугала.

Стали на ночлег поздно. Адмирал все волынил, боялся соседства медведей, а, по-моему, просто оттягивал приятный момент дежурства: была его очередь.

Спать легли в 23-00. Хотя вечера становятся все холоднее, в спальнике спать тепло, так что холод и сырость пока не донимают.






11 августа

Совсем озверел адмирал. Поднял всех в 7-00 и не давал пищу до тех пор, пока отряд не сложил свои шмотки. Ели все остывшее. Жевали мрачно.

Отплыли в 10-30. Впереди ничего сложного. На плот взгромоздилась рыболовная артель и принялась ловить рыбу. Девчата разбежались по другим посудинам. Шли с краткими санитарными остановками. Рыба ловилась местами неважно. Правда, отличился Сергей, который заарканил ленка килограмма на полтора. Мы же наловили десятка два хариусов.

Перекус устроили на воде. Байдарку привязали к плоту, все приготовили. Подошел катамаран и получил свою пайку. Останавливались у избушки охотника, посмотрели все и оставили автограф в журнале.

В бинокль наблюдали горного козла, правда, очень далеко в горах. Но тропы просматриваются невооруженным глазом и их много. Значит, козлы еще не перевелись.

Часов около 19-00 догнали плот киевлян, то есть они стояли на месте бывшего поселка Катазы. О поселке напоминают только несколько срубов да полуразвалившаяся банька, которую и готовили киевляне. Их 6 человек, одна женщина, а плот камерный. Поговорили. Рассказывают, что в районе Кунгуртуга их обстреляли из мелкашки, сделали пять выстрелов, а пули падали недалеко в воду. Наверное, попугали. Они сами говорят, что тувинцы на таком расстоянии вряд ли бы промазали. Кстати по записям в избушке, трасса эта очень оживленная. За месяц здесь прошли омичи, красноярцы, москвичи с чехами, две группы киевлян.

Стали на стоянку метрах в 200-х от киевлян, ниже по течению. При швартовке катамарана неожиданно выпал в воду Леня Вшевцов.

Целый день было облачно. Солнце проглядывало лишь изредка. Во второй половине дня пускался часто дождь. Ужинать окончили до 22-00. Я лег спать, а адмирал со свитой пошли в гости к киевлянам.

У берега, где стояли киевляне находилась лодка с мотором.. Оказывается в этом заброшенном поселке был лабаз охотников, и медведь его разорил. Теперь двое охотников приехали его подкараулить. Думаю, что пока мы здесь медведь сюда не придет. Так что охотникам мы помешали.







12 августа

Встал в 7-30. Спалось хорошо, как говориться ноги в тепле, голова – в холоде. То ли лето кончается, то ли спускаемся на север, но ночи с каждым днем становятся все холоднее.

На утреннем моционе наблюдал не менее 15 бурундучков. Занятный и симпатичный зверек. Сумел подойти к нему на метр. Да, зверь здесь еще не знает, какое зло может принести человек.

Позавтракав, собрались, погрузились и в 11-45 отчалили. Прошли две хороших шиверы, это где-то порядка 9км, и остановились на входе в «Щеки». Река здесь протекает между двух отвесных скал, по руслу, говорят, есть пороги. Завтра посмотрим, а сейчас 16-00, готовимся к перекусу, а завтра будет дневка. Придавил часика полтора на массу. Говорят, храпел спасу нет, но я не слышал.

Встал в 18-00, прошелся со спиннингом вдоль реки. Результат - ноль. В лагере занимаются кто чем: стирка, штопка и т.д.

Поужинали засветло, разожгли «пионерский» костер и сидели у него до 24-00. Вспомнили все песни – по две строчки из каждой. И пошли спать. Думал, не усну, но заснул почти сразу.








13 августа

Сегодня дневка.
Встал в 6-00 «по делам». Горы до половины закрыты туманом. На улице теплее, чем в палатке. Хотя в спальнике нормально, даже носки не одевал. Все еще спят. Прогулялся вниз по течению, вверх – нельзя, там «прогуливаются» женщины, и обратно улегся досыпать. Поднялся около 8-00. Дежурные уже крутятся возле костра, солнца нет, верхушки гор в тумане, но обещали нормальную погоду. Часов в 9-00 позавтракали и стали собираться кто куда. Мы с Вшевцовым решили прогуляться по горам, а другие вдоль реки посмотреть пороги. Но наше намерение прервал адмирал: необходимо и нам идти на осмотр. Покрутили носом, но пошли.

Каскад порогов «Щеки» тянется на 6км. Решили с берега осмотреть все его препятствия. Пошли гуськом вдоль берега. Там, где к воде выходят скалы, приходилось уходить вверх, в тайгу. Там шли по звериным тропам: очевидно косули или козы. В двух местах видели свежие обглоданные кости, явно оленьи. Шли, лакомясь ягодами черной смородины, крыжовника, иногда попадались скудные кустики малины и шиповника. Часто приходилось идти по осыпям. Довольно сложная дорога, и устаешь на ней моментально: от прыжков с камня на камень и постоянного напряженного ожидания, что камень выскользнет из-под ноги, или в худшем случае, поскользнешься и загремишь вниз.

Таким образом, дошли до 9 порога, сверяя их с картой. В основном все сходится. В промежутках между порогами есть места, где можно остановиться, так что особого смысла переться сегодня по всем порогам я лично не видел, но приказ, даже если он глупый, все равно приказ, тем более, что все были с ним согласны.

На дорогу в одну сторону затратили 4 часа, и это со свежими силами. А как обратно? Мы с Толиком пошли вверх, чтобы найти дорогу по хребту гор. Долго поднимались по осыпи и везде натыкались на отвесную стену, причем глубоко изрезанную трещинами. Она напоминает стенку, сложенную из кирпичей разных размеров и конфигурации, но без раствора. В одном месте Толику удалось выбраться наверх. Когда я подошел, долго не мог сообразить, как это ему удалось. Но потом, на свой страх и риск что корни деревьев вырвутся или обломаются, забрался к нему на гору. Мы решили, что тащить женщин по этому пути очень рискованно, тем более, что по краю скалы шли сплошные трещины и в какой момент она может отделиться одному богу известно.

Дав сигнал, что дороги сюда нет, мы пошли верхом в сторону лагеря, держась края скалы, чтобы не сбиться с пути. Идти здесь конечно легче, чем вдоль берега по осыпям, не смотря на то, что это все-таки звериные тропы. Быстро дошли до ручья, и здесь нам опять пришлось упражняться в альпинизме – склоны очень круты, и покрыты травой, по которой спускаться очень скользко. Спустившись к ручью, мы пошли вниз по его течению, хотя слово «пошли» не совсем точно определяет характер движения вдоль русла горного ручья, который сбегает через нагромождение камней и бревен под углом градусов в 30. Это более подходит к горному туризму, тем более, что мы уже порядком устали.

Спустившись к реке в районе 4 порога, мы, еле волоча ноги, но благополучно к 18-45 добрались до лагеря. Наших на месте еще не было.

Через 1-30 подошла одна группа, которая шла низом, а еще через 30 минут – вторая, которая все-таки выбралась наверх и шла по нашим стопам. «Верхняки» пришли, держа в руках по букету землянико-клубники. Оказывается, они наткнулись на целую плантацию, устилающую склон горы. Побывали и в избушке охотника, которая на данный период находится в запустении.

Ужин получился поздний. Долго сидели у костра: спорили, обменивались мнениями. Мое мнение признали ошибочным, хотя меня и не убедили в этом. Разошлись по палаткам в 1-30.





14 августа

Утро. Идет мелкий дождь. Леня разбудил меня в 7-50 (наше дежурство). Вылез из палатки, костер уже «дышал». Это Юра постарался, который и спать то наверно не уходил. Сварганили компот, гречневую кашу со шкварками. Подъем объявили около 10-00. Дождь усиливается, поэтому все неохотно покидают теплые местечки. Но голод - не тетка, а закон тайги гласит: «Опоздавшему – кости!». И хотя такого нет, тем не менее, все стараются поесть вместе – горячее, да и веселее.

Сегодня продолжаем отдыхать. Быстро перемыли посуду. Женщины пошли на плантацию – загорелись сделать вареники. Мы же сели соображать памятную табличку – ведь скоро выход. Нашлепали герб города, название городского клуба «Берендеи», год, количество человек и фамилию руководителя.

Дождь не перестает. Прошел катамаран и плот: это ленинградцы. Идут без остановки – значит, спешат. Завтра и мы. А сегодня: «Мне приснился шум дождя…», и так на протяжении более 120 минут. Проснулся, на часах 16-00. Все голодные, лепят вареники. Сварили манную кашу, разогрели утреннюю, плюс вареники, колбаса, сало, чай. Если умрешь, то от обжорства. Закончили обедо-ужин в 18-00. Помыли посуду, а ребята готовят баню.

Дима опят наловил рыбы, будет на ужин жареная. Пока рыба была на кукане в воде, в небе описывал петли орел: очевидно, заметил рыбу, но не рискнул ею поживиться.

Интенсивно готовится баня, на этот раз с полатями. Накрыли ее пленкой, и парились в два захода, уже в темноте. Пар есть, но что-то не то: сделал два захода, - не понравилось, обмылся и пошел к костру. Третьим заходом парились женщины. И, наконец, ужин: уха, жареная рыба – все при свете фонариков. Окончили трапезничать в 24-00, до 1-00 досидели у костра и разошлись.




15 августа

Спал как убитый. Проснулся, - рассветает. Который час неизвестно (часы отдал дежурному). Но в лагере тишина. Заснул опять. Снилась всякая ахинея. Окончательно проснулся в 8-00. Дежурные расшевелили костер, готовят завтрак. В 9-05 опять пошел дождь. Нужно срочно смываться вниз, а то это уже надоело.

Отчалили в 11-00 и сразу же вошли в первый порог «Щек». Название происходит оттого, что русло реки с двух сторон зажато отвесными скалами, плюс посредине накиданы отдельно расположенные камешки, некоторые размером со среднюю баньку. Всего на 5км находятся 9 порогов, два и которых особо интересные тем, что на выходе стоит гряда стоячих волн высотой до 1,5м.

Шли осторожно, с остановками, чтобы опомниться. На весь пеший переход вдоль реки позавчера было потрачено 4 часа, а по воде – проскочили все за час. На 9-й порог байдарка не пошла. Ее подвязали под катамаран, а экипаж перебрался на плот. На выходе из порога, на отвесной стене висит табличка: в 1971 году здесь погибли два парня, очевидно на байдарке.

Вышли из «Щек» на слияние Кызыл-хема и Балыктыг-хема. Вот только здесь и начинается Ка-хем. Отметились в журнале КСС, переговорили с московской группой, которая шла по Кызыл-хему. Пожелали друг другу счастливого пути и распрощались. Они на трех катамаранах пошли вниз, а мы в километре от слияния рек стали на стоянку. Берег здесь порос березой, осиной, изредка лиственницей. Склоны устланы зарослями костяники. Если в «Щеках» нас опять настиг дождь, то здесь погода смилостивилась: светит солнце. Все просушили, поставили палатки, вывесили вялиться рыбу.

Я с Толиком пошел вверх по течению Кызыл-хема. Прошли километра полтора и вернулись назад. Берега на Кызыл-хеме обрывистые, течение реки быстрое.

Ну а возле лагеря, на галечной отмели Левитский ищет нефрит. Наверное, только этого ему и не хватало для полного счастья. Доискался до того, что опоздал на ужин. Но он своего не упустит. Дима нашел грибы подберезовики. В 22-00 лег спать, но уснуть не мог еще долго. Визжала пила, гухал топор – это хобби Юрика, что-то бубнил Левитский.





























16 августа

Встали в 9-м часу, как раз к завтраку. Намечается экскурсия вверх по Кызыл-хему. Пошли 8 человек. Трое, и я в их числе, остались в лагере. Дима переправился с удочкой на другую сторону. Ну а я сходил прогуляться по окрестностям, нашел три подосиновика и с десяток подберезовиков. Леня Вшевцов собирает костянику, Сергей нашел клубнику.

Туго с куревом. Обладатель оного Юрик оставил пайку: по три сигареты на брата. Курим в круг. Видимо придется скоро переходить на козий помет, а его здесь много.

По реке прошла моторка. Леня ее остановил. В ней четыре человека, и все некурящие. Хотели еще остановить вертолет, но не решились, а вдруг там тоже не курят.

Постирались, перекусили, поиграли в карты. Потом решили отдохнуть: кто в палатку, а кто караулить плот. Но отдохнуть мешает «живность». Летает, жужжит, а главное норовит еще, и укусить, скотина. Прошелся еще разок по бережку.

В 18-45 вернулись экскурсанты. Нашли староверческий поселок, но он необитаем. На заимке всего три избы. Их там настигла моторка не курящих. Разошлись мирно.

Впереди три ходовых дня или 115км. Еще предстоит пройти 4 порога. Короче, будем живы – поглядим. Первая населенка через 70км. Об этом нам сообщили люди с моторки. Завтра опять беремся за весла. А сегодня? Жизнь продолжается.

Но адмирал не дает жизни. Перед самыми сумерками решил занять команду: начал переоборудовать плот, дабы улучшить его ходовые качества, а то, говорит, завтра не взлетим. Проковырялись с плотом до самой темноты, но закончить работу не успели.

Кстати о темноте. Пока солнце освещает местность – тепло, а как только спряталось – буквально сразу же наступает «колотун».












17 августа

Встали в 7-00, доделали плот, позавтракали кашей с грибами, а кто успел – тому и супчика перепало. Погрузились и дружно отчалили. Вода несет хорошо, да еще мы гребем потихоньку.

Чувствуется, что скоро населенка: там заимка мелькнет, там несколько домишек. Уже и люди стали появляться. Встретили бабулю, ловящую рыбу на «кораблик». Подошли. Вшевцов разговорился и выведал все, что можно. Ей 61 годок, староверка, здесь родилась и все прочее. Короче, долго беседовали. Это было около 15-00.

Поплыли дальше и прошли три порога. Все простенькие, чем-то смахивают на южнобугские. Правда, за счет объема воды несколько посолиднее, а главное – вода чище.

В 17-00, после прохождения порога «Панфиловский», попалось хорошее место для стоянки, вот и тормознулись на ней, а могли бы еще часа два лопатить. Адмирал сказал, что график на сегодня выполнен. Хотя наш, курильщиков, план - пока нет: до поселка не дошли, а может быть, там и магазина с куревом нет. Так, что особо расстраиваться нечего.

Улегся спать очень рано, поэтому события вечера воспроизвожу с чужих слов. Был ужин. Говорят – будили, но не смогли поднять. Так хорошо угрелся, что было не до ужина.

Левитский, обходя окрестности, обнаружил особ из Барнаула, и припер в лагерь пачку «Астры» и махорки. Поэтому мой сон, который способствовал борьбе организма с курением, не имел смысла: с утра все дымили. Конфисковали все запасы туалетной бумаги, и айда – вперед.













18 августа

На завтрак мне была предложена задача-максимум: съесть вчерашнюю и сегодняшнюю пайку. С первым пунктом – справился; второй – пойдет на перекус, или в фонд адмирала, который вечно голодный, а когда голодный – то злой, спасу нет. Пусть уж будет добреньким.

Опять пакуемся. Впереди «Васильевский» и «Байбальский» пороги, а вчера, оказывается, прошли только один порог, просто он тянется на целый километр. Время 9-15. Пакую «чемоданы».

Все одичали до такой степени, что боятся спускаться в населенку, и поэтому тянут резину безбожно. Наверное, в самолет их придется связывать и сдавать в багаж – по добру в самолет не сядут.

Начали погрузку. Прошли катамараны барнаульцев: мы их горячо поприветствовали. По берегам все чаще стали появляться заимки, иногда даже с людьми. Люди здесь за кубатурой жилплощади не гонятся. Домишки маленькие, поэтому холодной зимой их легче протопить, тем более, что на топливо идут только дрова. Правда, их здесь много. Все чаще появляются и моторные лодки. Мужики все с большими окладистыми бородами, одеты сверхпросто – даже в жару на голове меховые шапки.

Послышался «рабочий» шум порога – по схеме это порог «Васильевский». Стали на осмотр: плот – по правому берегу; катамаран и байдарка – по левому. Правый берег более пологий, следовательно, и осмотр произвести проще. Хороший слив, мощная бочка, каскад стоячих волн. Первым в порог пошел плот: нос – умыло, корме замочило ноги. Потом прошел катамаран и стал на страховку в суводи после первого каскада. Байдарка аккуратно под левым бережком прошла вторую гряду, по сливу пересекла порог, и вошла в суводь рядом с катамараном. Так же прошли и вторую гряду, а мы стояли на фотосъемке.

Затем началась спокойная вода, экипаж байдарки переселился на плот и балдел почти до конца дневного перехода.

Рыба не ловилась. Прошли поселок Усть-Ужей и стали на ночевку, услышав рокот «Байбальского» порога метрах в 300 от его начала.








19 августа

Вместе с Барсуком пошли на осмотр порога. Его протяженность 1,5-2,0км. Ширина реки в этом месте более 50м, но воды хватает на всю ширину. На входе в порог стоят четыре больших камня, между ними мощные сливы, заканчивающиеся хорошими «бочками». По всей ширине порога крупные «стояки» высотой более 1,5м. Камни на входе в основном все видны, хотя есть и обливные, скрытые под водой. Место для маневра имеется, так что если не тушеваться порог проходится практически по всей ширине. Это касается и плота и катамарана. Байдарка прошла обходным маневром, и попытка переворота была решительно пресечена ее капитаном Дмитрием Швецовым.

После выхода из порога начинается длинная шивера, а затем плесовый участок. Байдарка нахально занимает свою привычную позицию на «горбу» плота, и начинается размахивание удочками. Это занятие так увлекло всех, что незаметно вскочили в еще один порог. У экипажа байдарки наконец-то заговорила совесть, и они слезли на «чистую» воду. Пороги «Москва» и «Эржейский» экипажи проходили уже самостоятельно.

На выходе из «Эржейского» порога находится поселок Эржей, конечный пункт нашей одиссеи. Пройдя поселок своим ходом, остановились в 200метрах ниже по течению, где и стали лагерем. Выгрузились, разобрали «посуду», сходили в поселок на разведку.

Эржей расположен на правом берегу реки. Имеется паром, который связывает его с поселком Сизим, находящимся на левом берегу и отстоящим от берега километра на два. Есть взлетная полоса, почта, магазин. Но магазин – на ремонте, водка – по талонам.

Вшевцов с оказией рванул в Сизим, а я остался на берегу. Новости «печальные»: и в субботу, и в воскресенье транспорта на Кызыл нет. Самолет в 7-00 в понедельник. Провел переговоры с экипажем катера «Бекас», подошедшим к берегу. Те обещали в воскресенье вечером забросить нас в Кызыл.













20 августа

Сегодня суббота, 20 августа, 16-45.

Готов обед: каша утренняя, суп «домашний» (из концентратов), рыба копченая, какао с натуральным молоком, правда на половину разбавленным прижимистым завхозом.

Погода нас балует. Жарко неимоверно, движения воздуха никакого, купаемся, если этим можно назвать вскакивание в холодную воду и стремительное ее покидание.

Подошел «Бекас», сейчас что-то скажет. «Бекас» под «градусом», от договора не отказывается.

Немного о фауне. Эта «фауна» уже и в ноздрях, и в ушах. Невозможно ничем от нее отмахнуться. Теперь я знаю, зачем скотине хвост. Проводил операцию «Бурундук». Изображал из себя неподвижный пенек в надежде, что какой-нибудь из них на меня залезет. Но они ближе, чем на 0,5м не подходят. Видно от меня сильно отдает махоркой, а малейшее шевеление, - и зверек исчезает. Вообще бурундук очень симпатичное существо. Хотел бы привезти его домой, да говорят, что он в неволе не живет. Хлипкие все же существа: человек и 15 лет может, а они, видите ли, нет. Ну что ж: вольному - воля, так же как и кесарю – кесарево.

Чем дальше занимались? Кто – чем. Кто в горы, чтобы покричать на все Саяны; кто коротал время внизу. Жара стоит неимоверная: даже не сходя с места обливаешься потом, а в горку забраться – и того более. Да наши хлопцы видимо не выработались. Правда при такой кормежке можно раз десять туда и обратно слазить.

Наладились городить под вечер баню. Занимались ею Левитский, Юнак, Смолянинов и Горбач. Соорудили топку и каркас. Долго парились: говорят – изумительно, но я не ходил, поверил строителям на слово. Потом был ужин при свете костра, как никак последний вечер все вместе на Ка-Хеме. Распилили греби на память. Каждому досталось по кусочку, - т.е. каждому новичку на память, чтобы он и дома изредка мог подержать ее и вспомнить пройденный маршрут.

Небо – астрономическая карта; искры от костра – фейерверк. Короче, все соответствовало торжеству. Сидели где-то до 1 часу ночи.


21 августа

Утро началось у всех в разное время, но уже в 9-00 потрапезничали и стали собирать шмотки к отбытию.

На берегу – городская свалка. Обещали, что будем ехать обратно с пустыми рюкзаками, но не сложилось. Рюкзаки почему-то опять наполнились почти полностью.

Левитский пошел последний, двухтысячный, раз согласовать вопрос по найму «Бекаса», но не успел вернуться, как этот самый «Бекас» гордо раздвигая волны, молча прошел мимо нас. Шмотки замелькали еще интенсивнее, но на лицах отдельных товарищей появилось сомнение.

Чтобы его развеять, бывший адмирал, а ныне генерал (т.к. вечером плот был сожжен на костре), принял «мудрое» решение! Ждем до 11-00 (хотя сам договорился на 12-00), и если «Бекаса не будет в 11-30, ставим байдарку на воду, а сами делаем марш-бросок до катера «Заря», который находился в 8км ниже по течению. Сказано – сделано. В 11-30 байдарка отчалила, а команда молодости нашей, взгромоздив на себя рюкзаки, рванула в пешем порядке на тропу.… А в 11-45 показался «Бекас».

Благополучно погрузившись, мы и были доставлены к теплоходу «Заря» в 13-40. Загорая и между делом отмахиваясь от назойливой «фауны» терпеливо дождались отхода «Зари» в 15-15 по местному времени. Через три часа мы были уже в Кызыле.

Сошедши на берег, оставили вещи на причале и вшестером пошли в город, чтобы утолить голод. Генерал остался на пляже готовить себе ужин. Мирской пищи он не приемлет. Очевидно, боится заворота кишок. Поужинав почти как белые люди (хотя внешность наша и говорила об обратном), мы вернулись на причал, с тем, чтобы рейсовым автобусом добраться до аэропорта. Завтра в 7-30 утра нас должен взять на борт воздушный лайнер, следующий в Красноярск, откуда после пересадки мы вылетаем на Москву.

Но это будет потом. А сейчас 21-10. Сидим. В сумерках на рейсовом автобусе переехали в аэропорт. В помещение нас спать не пустили. Пришлось отойти метров на 200 в сторону и там поставить палатки. Там уже стояла палатка москвичей, которых мы встретили в Эржее 19 августа. Тогда они уехали на Кызыл КАМАЗами и вот уже два дня кантуются. Отъезжают партиями по 1-2 человека.




22 августа

Ночь была теплая. Спали великолепно. Встали, собрались и пошли на регистрацию. Долго бегали с командировочными документами. Короче Левитский к самолету прибежал в мыле.

Загрузились, заняли места. Самолет пошел на рулежку, и вдруг развернувшись, вернулся обратно. На этот раз это был ЯК-40. Оказывается где-то там туман, и аэродром не принимает. Подождали с часок, и вот получили «добро» на вылет. Экипаж занял свои места, начал проверять двигатели. Слышу, командир по радио докладывает: «Не запускается один двигатель, лететь нельзя, ищите резервный самолет». Дали команду выгружаться. Я не спешу. Когда выгрузили почти все, и осталась только пара рюкзаков, прибежал «товарищ» в комбезе и с отверткой…

Поступает команда загружаться обратно, проверили двигатели – гудят, и пошли на взлет. А если бы у «товарища» не было отвертки?

От Кызыла до Красноярска перелетели за 2 часа. Переехали из аэропорта «Черемшана» на «Центральный», сдали вещи в багажное отделение, и поехали знакомиться с городом. Позавтракали гуртом в столовой и разошлись кто куда.

Мы решили прогуляться по центру, а главное найти пиво. Искали не очень долго. Мужики подсказали что «там разливуха». Действительно дают только в свою тару. Пришлось одолжить пару 3-литровых банок, и галопом (т.к. хозяева ждут) оприходовать их в антисанитарных условиях под рядом стоящим мостом. Ну а потом пошли по городу разыскивать туалеты. Нашли раз, потом два. Сходили перекусить, а затем взяли билеты в кино на 18-40. Показывали «Кинг Конг» - целых две серии полной ерунды.

В 22-45 собрались в аэропорту, забрали вещи, и, отойдя в сторонку, поставили палатки почти что на газонах. Заснуть мешал шум садящихся и взлетающих самолетов, но это все равно раз в сто лучше, чем сидеть в здании аэровокзала.

23 августа

Спали до 7-00, а в 10-40 – отлет. При регистрации билетов и багажа администрация стала в позу и за багаж взяла как за тяжеловес. Спорить было некогда, пришлось платить. Рейс выполняется самолетом ИЛ-62, время полета 4-30, протяженность маршрута 3600км, скорость 850км/час, высота 10600м. На такой модели я еще не летал. Интересно то, что в котором часу вылетели, в таком и будем в Москве, учитывая смену часовых поясов.

Взлетели благополучно. На рулежке слегка потрясло, да и консоли при разгоне болтаются, что кажется, вот-вот отпадут. Сел у окна, чтобы понаблюдать, но самолет быстро набрал высоту, и под нами только облака, а иллюминаторы даже подернуло изморозью. За бортом - 54˚С.

На высоте, глядя в иллюминатор, заметил течь топлива из левого крыла. Очевидно, низкая температура увеличила зазоры, а может быть действует разность давлений. Позвал стюардессу, она меня успокоила, мол, ничего «стрёмного» нет. Я говорю: «Страшного-то ничего, но и приятного мало». На этом и разошлись. При снижении на посадку течь уменьшилась, а на земле вообще прекратилась. Но я думаю, что за четыре часа полета литров 200 керосина ушло в атмосферу, а может быть, и нет.

Приземлились в 12-20. Сидим на перроне. Наша электричка только в 14-05. Будем прорываться на Киевский вокзал. На Киевский попали в 16-00. В метро со шмотками замордовались: народу – уйма, а наши вещи – негабарит.

В кассе узнали, что есть билеты на сегодня до Сум. Шесть человек решили остаться еще на день в Москве; остальные – едут домой. Ура! Буду на день раньше предполагаемого срока. Правда потеряли при сдаче билетов, но эти аэропорты и вокзалы, да и палатки тоже, уже в печенках.


Транспорт

Туда:

Сумы-Москва – поезд

Москва-Абакан – самолет

Абакан-Кызыл – самолет

Кызыл – Кунгуртуг – самолет

Обратно:

Эржей-Кызыл – буксир «Бекас», катер «Заря»

Кызыл-Красноярск – самолет

Красноярск-Москва – самолет

Москва-Сумы - поезд


фото:
Смолянинов
Швецов
Левитский
Вшевцов
Горбач

Комментариев нет:

Отправить комментарий